О том, что где-то в тайге, на лесном острове за большим болотом живет некто Коля по прозвищу Тайга, я слышал и ранее. Человек этот профессионально занимается сбором дикоросов. Живет в лесу практически весь сезон. У кого как ни у него спрашивать о выгодах и убытках промышленного сбора грибов?

Знакомьтесь: гиропорус синеющий

 

Николай Макаров, именно так зовут хозяина таежной заимки, появился тут в 1991 году. Постепенно отстроил все хозяйственные помещения и обосновался вдали от суеты. Ему 61, и чувствует он себя полным сил. Спрашиваю: неужели не скучно, нет нужды в общении с людьми?

 

— А зачем они мне? Я с тайгой разговариваю, с небом, с Богом. С собаками вон. Они точно все понимают, я давно в этом убедился, — отвечает Николай. — Ну, на крайний случай радио есть, его слушаю. Да вот вы приехали, сейчас поговорим, я потом две недели молчать могу.

По словам таежного жителя, каждый сезон он привлекает к работе пару местных мужиков, которые дают ему честное слово не пить. Если условия соблюдаются, то зарплату они получают достойную, а еще харчуются за счет хозяина.

 

— Бывало и такое, что расслабится помощник, напьется. Я и говорю: вот туда иди, домой, в деревню, а ко мне никогда не приходи больше. Вообще, тайга — она такая, быстро показывает, чего человек стоит, выводит на чистую воду. — Николай смотрит на меня попеременно через верхние и нижние линзы бифокальных очков, приглядываясь получше.

 

Мы шагаем по тайге, собирая редкие боровики, останавливаемся, чтобы закусить брусникой, черникой и голубикой.

 

— А вы почему вот эти грибы не берете? — спрашивает Николай, показывая мне на саркодон черепитчатый, еще известный как ежовик пестрый. — Никто ведь не знает этот гриб, а он прекрасен — что жареный, что маринованный, что в супе. Плотный, вкусный, ароматный.

 

Я показываю профессиональному сборщику кучку ежовиков в своей корзине и «отбиваю подачу»: демонстрирую еще одно чудо грибного мира — гиропорус синеющий, занесенный в Красную книгу России. Это дальний родственник обычного боровика, но прикоснись к нему — и он станет ярко-синего цвета.

 

— Я беру такие, конечно, очень вкусные грибы. А вот название это чудное впервые слышу, — то ли от удивления, то ли от недоверия качает головой Николай.

 

Но определенно чувствую, я его зацепил — как и любой профессионал, Николай заревновал: надо же, приехал какой-то городской  и учит, как грибы правильно называть.

Advertisements

 

Бизнес на грибах

 

Особой радости нынешний заготовочный сезон Николаю пока не принес. Гриба нет. То, что для нас много, — три-пять, даже семь ведер боровиков — это пыль для заготовщиков.

 

— Много — это когда я выезжаю на своей «Ниве» на делянки и менее чем за два часа собираю 40 ведер. Высыпаю на заимке, снова выезжаю — и снова 40 ведер, — говорит Николай. — И так несколько недель подряд, а лучше месяцев. Но собрать мало, собираешь ведь — душа поет, радостно, настроение отличное. А настоящая работа потом начинается. Сбор надо обработать: правильно рассортировать гриб, правильно нарезать по сортам, правильно высушить.

 

Сушилок на заимке две: внушительного размера амбары, в центре которых стоят мощные железные печки, обложенные гранитными валунами — приветами от ледника. На полках стоят сетчатые поддоны, где ферментируется гриб. Его сушат при температуре до 50 градусов, более высокая денатурирует белки и вместо ароматной россыпи грибных лепестков получается фанера. Ее скупщики точно не возьмут.

 

За сезон Коля Тайга зарабатывает до трехсот тысяч рублей. Не только на грибах — в хороший год и ягоды дают неплохой доход.

 

Богатство под ногами

 

Разница между закупной ценой у Николая и той, что мы видим на прилавках рынков и магазинов, — пропасть. Только 200 рублей за килограмм сушеных грибов дает скупщик в тайге. Двигаясь по цепочке перекупов, боровик с севера Прикамья растет в цене до четырех тысяч рублей за килограмм в зависимости от сортности. Николай не уверен, но подозревает: его белый гриб уезжает даже за границу, где цена на него уже совсем иная. И может статься так, что где-нибудь во Франции богатый аристократ ест крем-суп из боровиков, собранных руками Коли Тайги.

 

В любом случае условия грабительские, и основную прибыль получает не Николай. Но выход из ситуации есть. В Госдуму внесен законопроект о возрождении практики работы заготовительных контор для приема дикоросов. Подразумевается, что это должно быть для профессиональных заготовителей более выгодно, чем работать с перекупщиками.

 

Подготовил Михаил Зубов.

https://rg.ru/