Коренные москвичи нашли счастье и стали фермерами в Торбеевском районе.

 

В самом отдаленном селе Торбевского района Мордовии пять лет назад поселился с семьей коренной москвич, внук немецкого военнопленного Георгий Зель. С супругой Вероникой он решился на переезд в Носакино в возрасте, в котором очень рано еще думать о пенсии. Да они и не собирались здесь отдыхать, приехали работать. Сегодня обоим чуть более сорока лет, и они единственные в селе фермеры. И в районе — среди немногих, кто получил грант на развитие фермерского хозяйства. На эти деньги куплены трактор, другая техника.

 

Молоко – главная валюта

 

Когда мы впервые приезжали несколько лет назад к Зелям в Носакино, местные жители все еще не верили, что Георгий и Вероника не уедут снова в Москву. Ведь для носакинцев она давно стала местом, как говорится, отхожего промысла. В Москву из села уехали все, кто в состоянии крутить баранку, держать в руках метлу, охранять офисы и склады.

 

…Возле их дома нас встретила лишь собака на цепи. Георгий и Вероника принимали первый в этом году отел, и за хлопотами не услышали лая четвероногого охранника. Георгий занес новорожденного теленка в дом, где для него уже был подготовлен угол в ванной. «Телочка родилась, будем растить на племя», — не скрывал он своей радости от прибавки в хозяйстве.

 

Сейчас у фермеров 13 коров, но Зели не расстаются с мечтой увеличить их число еще на 20 голов. Георгий строит скотный двор и хлопочет о кредите на покупку племенных животных. Уже в марте, когда завершится отел всех коров, фермеры рассчитывают надаивать ежедневно более двухсот литров молока в день. Грубые корма готовят сами, арендуя землю у носакинцев. Считай, у всех в селе хлева без скотины, а значит, и земля им не нужна.

 

Когда еще начинали жить в Носакине, очень хотели делать из молока сыр, но спрос на отличный домашний продукт не оправдал ожиданий. Теперь Георгий сам отвозит молоко в Краснослободск, где его принимают высшим сортом. Торбеево ближе, но на местном маслозаводе почти каждый раз занижали сортность и жирность молока. Видимо, не просто так и многие другие фермеры района со своим молоком проторили дорогу в Рязанскую область.

 

— С прибавлением коров надо будет думать и о новой технике, — говорит глава фермерского хозяйства. – Старой не обойтись, а за новую надо внести сразу 20 процентов ее стоимости. Молоко и здесь будет нашей главной валютой.

 

«Москва отнимает здоровье!»

 

Доит коров Вероника аппаратом, который сами привезли из Москвы. По профессии акушерка, она не работала по специальности. В Москве была оператором на почте, менеджером в торговой компании. А Георгий до Носакина всегда был таксистом, дальнобойщиком. Как и его отец Вернер Вернерович, проживающий сейчас в Германии сын военнопленного немца.

 

Чем поманило супругов Носакино? Ради чего оставили столичный быт?

 

— Москва отнимает много здоровья, — говорит Вероника. — Там квартира со всеми удобствами, но очень много было суеты. А здесь сами себе хозяева, дышим чистым воздухом, едим натуральные продукты. Целый год отходили в Носакине от московской жизни. В большом городе все время спешили, сами не зная куда. Здесь не только воздух, но и вода чище. И по телевизору у нас более ста каналов, Интернет в доме помогает даже пасти коров. Они на свободном выпасе, а где коровы сейчас, узнаем через GPS по сигналу маячка на их шее. Уходят и за 6-7 километров. Чтобы вернуть домой, ходим за ними пешком.

Advertisements

 

Сделали все сами

 

Георгий и Вероника — православные. «В трудные минуты смотрю на храм, крещусь, прошу Бога о помощи», — признается Георгий. — Он виден с крыльца, но внутри храма мы не были. Много работы».

 

И это правда. Встают Зели в пять утра, отбой у них за полночь. «Мы в Москве выспались!», — шутят по этому поводу.

 

Поначалу Георгий и Вероника хотели купить домик в Рязанской области, но тот, что порекомендовали знакомые, не приглянулся. И тогда соседка предложила посмотреть дом родителей в Мордовии.

 

Сказала, что в селе даже природный газ есть. «На «смотрины» поехали без раздумий, — говорит Георгий. — Дорога от Торбеева дальняя, местами была никудышная, зато село оказалось таким, о каком я мечтал. И сейчас дорога без асфальта, но прошлым летом замостили ее камнями, битым кирпичом, и теперь даже в распутицу проезжая».

 

Газ, как и воду, завели в дом сами. Требовался дому и основательный ремонт. Все сделали своими руками и на свои деньги. Теперь мало у кого из местных столько благ цивилизации, сколько семья Зель создала для себя сама.

 

И через пять лет жизни на новом месте Георгий не перестает удивляться: «Отчего люди в деревнях не хотят работать, держать хозяйство, пользоваться возможностями, которые есть у них и чего лишены городские жители?» И сам же пытается найти ответ на свой вопрос: «Многие боятся идти на землю, считая, что для этого нужны большие деньги. Мы с Вероникой думаем, что главное для этого — лишь желание и стимул».

 

Главным своим стимулом они называют семерых детей. Старший Алексей переводился на учебу в Торбеевский колледж, помог отцу в становлении хозяйства, но вернулся в Москву. Там же Анна, Даниил. В прошлом году после окончания школы в Жукове поступил на учебу в Зеленограде Алексей. С родителями лишь трое. Второклассника Владислава отец по утрам провожает до автобуса, который увозит детей за 20 км в Жуковскую школу. Дошколята Лана и Макар с девяти часов до половины первого находятся в детсаде под присмотром учительницы, которая работает здесь после закрытия в Носакине школы. Это время, когда у родителей больше всего дел по хозяйству. А плату за детсад, поскольку дети обедают дома, с них не берут.

 

Супруги говорят, что никому из детей они не будут навязывать своего мнения. «Пусть сами решают, где жить и работать. Но мы свой выбор в пользу жизни и работы на земле уже сделали».

Валентин Иванович ПИНЯЕВ,

Республика Мордовия.