Осенью в полесской глубинке хандрить не принято. Здесь не жалуются на плохую погоду и на отсутствие в деревне работы. Отрезанные от крупных городов лесами и труднопроходимыми болотами полешуки полагаются только на себя.

 

«САМЫЙ БОЛЬШОЙ ЗАРАБОТОК У НАС В ЛЕСУ, В БОЛОТЕ»

 

— В этом году все кинулись в лес, пошли даже те, кто век там не были. У нас такая округа, что работать негде. Я пенсию получаю 300 белрублей, а как моим детям жить? На клюкве те, у кого есть силы, могут и тысячу, и полторы тысячи долларов за месяц заработать. А когда нет клюквы, то и живи, как хочешь. Нас лес спасает! — рассуждает Надежда Яковлевна, пенсионерка из деревни Оздамичи Столинского района.

Деревня эта находится почти на границе Брестской и Гомельской областей. Южнее ее — только леса с болотами, а в 60 километрах — уже Украина. Сюда нельзя доехать поездом, а рейсовым автобусом можно добраться только до Давид-Городка, и то раз в день. В деревне чуть меньше тысячи жителей. Она почти сливается с соседними Теребличами — это еще плюс тысяча сельчан.

Но жизнь кипит. Есть несколько магазинов, школа и ясли-сад, амбулатория, православная и протестантская церкви в каждом селе. Вот чего нет, так это работы.

Обе деревни немного похожи на знаменитые Ольшаны, отсюда до них 16 километров: в каждом дворе накрытая пленкой теплица. Правда, высоких коттеджей, как в огуречной столице, здесь нет. Только старенькие, но ухоженные деревянные хатки да небольшие кирпичные домики.

— У нас вся деревня в своих парниках работает. По заработкам ездят по Беларуси, по колхозам: на уборку картошки, зерна. К фермеру в Житковичский район на морковь ездят. К ольшанцам в парники идут, они нанимают людей. За работу от темна до темна платят 20 — 25 рублей в день. Летом в чернику все ходят, осенью — в клюкву. А зимой ничего нет. Те деньги, что за сезон заработали, оставляем на самое необходимое. Так и живем, — рассказывает Галина из Оздамичей. — Самый большой заработок у нас в лесу, в болоте.

Полешуки, как никто другой, знают, что значит поговорка «летний день год кормит»: нынче сельчане остались голодными. Это лето для владельцев парников стало провальным. Огурцы на рынке в Ольшанах принимали по 15, а то и по 10 копеек за кило. Люди не вернули даже свои вложения. Не говоря уже о том, чтобы получить прибыль.

— Такой цены в жизни не было! Мы в августе даже перестали огурцы обрабатывать, поливать. А смысл? Они никому не нужны. Это смешно, по 10 копеек сдавать. Да мы на бензин больше потратим, чтобы завезти их в Ольшаны! — негодуют местные.

ЭКСТРИМ-ТУРЫ В БОЛОТО И «КЛЮКВЕННЫЙ СПЕЦНАЗ»

 

— Ой, что тут, бывает, творится — будто война! — причитают пожилые женщины возле магазина в Теребличах.

Звенящую вечернюю тишину полесской глуши нарушает грохот грузовиков. Через центр деревни едет караван ЗИЛов — три машины подряд. В кузове каждой — минимум полтора десятка человек в дождевиках. Это сборщики клюквы возвращаются из болот. Туда иначе, как на тяжелом грузовике, не заедешь.

На перекрестке одну машину останавливает патруль ГАИ. Водителя штрафуют за нарушение правил перевозки пассажиров. Люди в ту же минуту выпрыгивают из кузова и разбегаются. Ловко перемахивают через борта даже пожилые женщины.

— Это наш «клюквенный спецназ», — шутит молодежь. — В деревне встретишь этих бабушек — сгорбятся, кряхтят, то одно у них болит, то другое. А через болото чешут так, что мы за ними угнаться не можем!

Такие «маршрутки» ездят в болота каждый день, кроме воскресенья. Конечно, проезд не бесплатный — владельцам ЗИЛов тоже нужно заработать. В дальнее болото они отвозят людей за 8 рублей, в ближнее — за 5. Людей по деревне собирают с 6 утра, обратно привозят к 17 — 18 часам. Сначала машины едут к закупщикам, там ягоды взвешивают и сдают, а потом ЗИЛы развозят людей по домам.

Advertisements

— На той машине, что из Оздамичей, люди на одной ноге стоят — однажды набилось 56 человек! Деревня большая, всем надо, — говорят люди.

Экстрим-туры на болота пользуются большой популярностью. Хотя у каждого сборщика клюквы найдется парочка страшных историй. Про то, как кто-то заблудился и его останки нашли только спустя полгода, про змей и условия на грани выносливости.

— Собирать клюкву очень тяжело. Идешь по воде, еле ноги вытягиваешь. Или в камыши залезешь, из-за которых ничего не видно. В этом году из-за пожаров торф снизу выгорел, и вес человека болото уже не держит. Едва вытянул ноги, ступил шаг — и опять провалился. Так выматываешься, что сил никаких нет! А до клюквы нужно дойти, потом, согнувшись, ее собрать. Но самое сложное — это ее из болота вынести!

На себе люди тащат, кто сколько может, — от 8 — 10 до 40 кило.

— Простите, что показываю, но ноги ох как болят! Невозможно присесть, тягаючи по болоту такой груз, — пожилая женщина поворачивается, щупает бедра и ягодицы и смеется: — Как той сказал, мышцы качаем!

В болоте каждый отвечает за себя, но и на выручку тоже приходят. Те, кто посильнее, могут поднести чужой мешок с клюквой. Заблудившихся ищут и ждут. Если кому-то стало плохо, помогают выбраться из болота. Рассказывают, что однажды из одежды делали подобие носилок и три километра тащили человека до машины.

— Меня в болоте гадюка укусила за палец. Сунула руку в траву и даже не поняла, что змея цапнула — думала, на колючку напоролась. Дома рука сделалась черной, потом сиреневой! Мне в больнице неделю капельницы ставили. И я еще легко отделалась. Передо мной парня завезли прямо из болота в больницу, его в ногу змея укусила. Он в кроссовках был! Наша молодежь вся в кроссовках ходит, они ж раньше в болоте не были. Хорошо еще, что дозвонился до шофера, у нас же не в каждом болоте тянет телефон. Тот вернулся, парня вывез на трассу, и там его забрала «скорая», — делится историей Ольга из Оздамичей.

 

О ЧЕМ НЕ ЗНАЕТ ПРЕЗИДЕНТ

 

Клюкву принимают закупщики в Теребличах. Цена каждый день разная, но в последнее время остановилась на 3,5 — 3,8 рубля за килограмм. Они складируют ягоду в хранилища-холодильники, выжидают, когда установится более выгодная цена и перепродают ее. Сборщики ягод за это перекупщиков недолюбливают. Ругаются, что те на них наживаются.

Надежда Тарароева, 32-летняя мама двоих детей из Теребличей, пробовала и собирать клюкву, и закупать.

— Я закупаю клюкву первый год. Успеваю еще и собирать. Закупать ягоду — неблагодарное дело. Люди кричат, что мы живем за их счет, это неприятно слушать. Лучше я пойду в болото, в клюкве с детства, умею собирать. В месяц на сборе клюквы можно заработать и тысячу, и две тысячи долларов. Я три дня была в болоте. За первый день набрала 46 килограммов. Мне клюкву помогли вынести пацаны из Украины. Я заработала 160 рублей за день. На второй день у меня уже болела рука, я собрала 40 кило, а на третий смогла только 16. Тут такой азарт! — улыбается женщина. — На заготовке в прошлом году можно было заработать до 500 — 700 долларов в день, ягод было очень много. И я решила попробовать. Заключила договор с фирмой из Петрикова, у меня есть документы на закупку ягоды. Мы ее принимаем, складируем и сдаем, а куда ее дальше везет фирма, не знаю. Говорят, что первую зеленую клюкву берут на уксус.

Сдавать клюкву приезжают и украинские сборщики ягод. Для этого им белорусские пограничники выдают специальный сезонный пропуск. Местные их тоже не любят — конкуренты!

— Им же Лукашенко разрешил, они сделали пропуски — говорят, 200 человек пришло! Из-за этого наши люди обижаются на Лукашенко. У нас нет работы, нам негде взять эти копейки, а они к нам еще и украинцев пускают. А те и говорят: «Мы сначала ваши ягоды возьмем, а потом свои». Это же нечестно! Но президент разрешает. Он просто понятия не имеет, как мы тут живем и что ягоды — наш основной заработок, — возмущаются сельчане.

https://www.kp.by